Элизабет Страут, «Olive Kitteridge»

Я спросил у моей ИИ-подружки Клавушки: «Lobster buoys down in the cove bob slightly…» — что бы это значило (не сразу понял, где тут глагол). Ну, она мне объяснила: «Буи от омаровых ловушек внизу в бухте тихо покачиваются…» — и сказала: это, наверное, Ричард Руссо или Страут, у обоих штат Мэн. Я: «Вау, как ты догадалась?» Она: похоже на них. Там, наверное, молчаливый герой в эмоциональном волнении. Именно так: Олив на похоронах. Так что стиль узнаваемый. И справедливости ради, описания очень и очень хороши, Бунин бы одобрил (я думаю).

Цепь переплетённых рассказов. Главным образом об Олив, но не только. К главной героине привязываешься, несмотря на её довольно противный характер. Стокгольмский синдром, видимо. Ярко выраженный у её мужа Генри.

Почти в каждом рассказе с героями случается какая-то неприятность. Иногда не сразу, приходится терпеливо ожидать, когда же наконец на них что-нибудь обрушится. Чехов бы, впрочем, тоже одобрил: ружьё висит, все пьют чай.

Так что чтение бывает неторопливым и слегка депрессивным. Но печали, одиночество и разные напасти вполне узнаваемы. Так что я дочитал книгу до конца и не жалею. А читать продолжение, «Olive, Again», пока не планирую… Хотя… что ж там ещё с ней произошло?

Рассказы писались в разные годы, на протяжении лет пятнадцати, и это немного чувствуется. Мне больше всего понравились первый, «Аптека», про Генри; «Пианистка» — про барную пианистку Энджи, которая трезвой играть не может; Security — про большие очереди в аэропорту (нет, нет, я шучу); и последний рассказ, про би-партийную любовь.